Винная коллекция Александра Починка

Александра Починка застать в Москве непросто. Вот уже больше года бывший министр по налогам и сборам, а еще раньше - труда и социального развития, много времени проводит на юге России, в Краснодарском крае. Во-первых, по долгу службы - он представляет исполнительный орган Краснодарского края в Совете Федерации Федерального Собрания РФ (если проще - служит сенатором). Во-вторых, навещает супругу Наталью Грибкову, которая работает директором Кубанского филиала «Райффайзенбанка». А в-третьих...

Серьезное увлечение
Какие-то тайные, но очень логичные тропы привели Починка на Кубань, хотя главную роль в этом, несомненно, сыграл губернатор края Александр Ткачев, делегировавший тезку на должность сенатора. Починок давно заочно любил этот богатый и щедрый край, ведь это родина великолепных сладких вин, которые он предпочитает всем остальным.

Вино - одно из серьезных увлечений сенатора. О нем он может рассказывать часами. Так и получилось, когда мы приехали в его московскую квартиру, чтобы разузнать о хобби поподробнее. Услышав о том, что мы интересуемся его винной коллекцией, Александр Петрович сразу же полез в винный шкаф и заставил нас с фотографом помогать вытаскивать одну за другой холодные пыльные бутылки, у каждой из которых богатая история.

Он решил устроить нам импровизированный «винный тур», расставил бутылки по странам и предупредил, что в конце встречи мы вместе отправимся в ближайший винный бутик. Зачем - мы сперва не поняли и собрались уже начать интервью с традиционного вопроса о том, «откуда есть пошло» его увлечение. Но хозяин опередил...

Путь к вину
Как я пришел к вину? - От отца. Мой отец на протяжении 40 лет увлекался вином и сам делал его, притом что жил... в Челябинске. Отец был инженером-электромехаником, командовал мощнейшей электромонтажной организацией, а на досуге занимался сельским хозяйством: выращивал ягоды, фруктовые деревья. Помню, даже ананас у него плодоносил, правда, не на второй год, как обычно, а на третий. И это на 55-ой широте, практически на одном уровне с Москвой!

Отец «болел» вином. Он делал и виноградные, и плодово-ягодные вина из клубники, черной смородины, малины, крыжовника. Виноград, правда, приходилось покупать, обычный, столовый, какой удавалось достать.

Александр Петрович с особой нежностью показывает старую зеленую бутылку, без этикетки и каких-либо надписей, укупоренную пластмассовой пробкой.
Жалко, вина отца приходится сейчас скорее допивать: пробка неправильная, с такой вино долго не продержится. Этому вину уже больше 20 лет, а некоторым экземплярам и за 30!

Любимое вино
Только не спрашивайте меня о любимом вине! Не люблю этот вопрос! Выбор зависит от ситуации, от того, кто к вам пришел в гости, что у вас на столе, какая задача, насколько романтическая обстановка, настроение. Вино - это целая галактика. И часто бутылка вина за три евро бывает полезнее, чем Romanee Conti или Petrus за пять тысяч. Вот самый реальный пример: в прошлом году я ездил в винный тур - сначала в Италию, в Тоскану, потом в Испанию. И поверьте, ранним утром дешевая розовая шипучка, которая стоит всего ничего, интереснее, чем коллекционный Dom Perignon. Легкие местные вина великолепно сочетаются с испанской кухней. Очень хорошо и правильно, когда они употребляются прямо на месте, в регионе, и воспринимаются полнее и гораздо интереснее, чем великие бордоские. При этом разница в цене может быть в сто раз!

И все-таки коллекция
Александр Петрович руководит фотографом, объясняет, как лучше расставить бутылки, с какого ракурса снимать. Параллельно сам себе задает вопросы и отвечает на них:
Можно ли назвать это коллекцией? - Я бы не решился, хотя у меня более тысячи бутылок. Вот Роденшток собирал действительно коллекцию, у него были все Chateau d'Yquem за 100 лет. Он ставил задачу и выполнял ее. Он скрупулезно собирал нужные ему вина. А у меня что за коллекция? - Я не стремлюсь, чтобы был подбор по годам. Я собираю то, что мне нравится, хочу, чтобы это осталось детям и внукам. Покупаю «на вырост». Интересно, конечно, когда подбираются вина одного производителя по какому-то одному критерию - году или сортам.

Сладкие крымские
Александр Петрович подводит нас к шкафу. Бережно достает с полки бутылку массандровского «Муската»...
Мне очень нравятся сладкие вина. У меня неплохая коллекция Массандры. Вот «Мускат белый красного камня» моего года рождения (1958), а вот еще более редкие экземпляры - знаменитый 37-ой, а вот 38-ой год. Я заметил, что почему-то вино очень чутко реагирует на кризисы в стране: когда страшный год - тогда получается изумительное вино. Вот мускат черный «Таврида», есть «Бастардо», «Ай-Даниль» - 50-, 70-, 80-летние вина. А вот вино Победы - «Мускат розовый десертный» 1945 года. Очень маленький был тираж. Представляете, только победили, и в этом же году разлили вино, вот эту самую бутылку!

Что творилось во время войны в Массандре! Чтобы вина не достались фашистам, многие из них вылили прямо в реку и в море - воду можно было черпать и пить как вино! А главный винодел завода Александр Егоров лично спасал те самые коллекционные вина, которые сам когда-то закладывал на хранение: руководил упаковкой наиболее ценной части коллекции и покинул комбинат лишь после того, как эвакуация вин закончилась. Вино вывезли на Кавказ, а после победы вернули на место и сразу наладили производство.

Сладкие донские
В Крыму помимо мускатов делают отличные портвейны (португальцы возмутятся, конечно). Здесь производят великолепную крымскую мадеру, изумительные хересы. У меня много донских бутылок. Вот почти забытая «Солнечная долина», тоже десертное. А вот «Красностоп». На Дону его считают местным сортом, а ведь это самое обыкновенное мерло! Как он попал сюда? - Был такой товарищ Платов, герой войны 1812 года. Поехал он во Францию, по пути разбил Наполеона. Когда казаки под предводительством Платова добрались до Парижа и закончили свой славный поход, оказалось, что наш, казалось бы, крепко пьющий генерал далеко не дурак. В качестве военного трофея он вывез из Франции черенки благородной лозы. Лоза прижилась, на Дону ее назвали красностопом. А ведь это потомство самого натурального французского мерло! У меня много этого вина, оно хорошо лежит и достанется еще моим внукам.

Сладкие токайские
Раз уж заговорили о сладких винах, Александр Петрович решил продемонстрировать одну из звезд своей коллекции - «Токайскую эссенцию».
Это уникальное вино! Делается из заизюмленного винограда. Сока получают мало, зато в нем содержится очень много сахара. По этой причине созревание вина протекает очень медленно, иногда десятки лет. После продолжительной выдержки готовое вино представляет собой густую сладкую жидкость. Получается по бокальчику, даже по ложечке с лозы - очень маленькие объемы. Вино предельно сладкое, аж щемит в горле, когда вы его пьете. Но не производит впечатление приторного сиропа. «Токайскую эссенцию» любил Петр I, ее пил Король-Солнце Людовик XIV, она и сейчас очень популярна в королевских домах. Это самое долгоживущее вино в мире! Его надо пить буквально по глоточку, хрустальной ложечкой, по 15 граммов. А вот Royal Tokaji Essencia: крепость всего 2,9% - практически сироп. Поразительное вино!

Сладкие австрийские
Александр Петрович предлагает продолжить наше виртуальное винное путешествие и переместиться в Австрию. И вновь говорит о сладких винах:
Вообще, я большой поклонник сладких вин. А без того, что я вам сейчас покажу, невозможна ни одна достойная коллекция: Алоис Крахер, Австрия. Его вина - просто фантастика! Я был в его хозяйстве в маленькой деревеньке на берегу озера. Кругом домики с соломенными крышами, лошадки пасутся. Но какой терруар: стоячие озера способствуют образованию туманов, особенно густых осенью. Они вызывают развитие благородной плесени, виноград покрывается ботритисом. В результате получаются очень интересные вина.
Крахер подразделял их по плотности. Каждый год он делал от 8 до 12 видов вин - всю цепочку сладких вин, не в традиционном понимании, а в своем личном. В лучшие года он доходил до 12-го номера. Здесь разные сорта винограда: и традиционные, австрийские, и международные - так он пытался показать всю возможную гамму. Вот Traminer Trockenbeerenauslese (далее ТBА), Muskat Ottonel ТBА, Chardonnay ТBА... А вот великое Grand Cuvee, самое плотное. Алкоголь во всей линейке начинается с 11% и доходит до 5,5%: уменьшается алкоголь, увеличивается сахар.

Алоис Крахер всю жизнь «воевал» с Chateau d'Yquem.
Крахер жил вином. К сожалению, умер неожиданно, еще не было и пятидесяти, сейчас сын продолжает его дело. В 1985 году в Австрии разразился страшный скандал вокруг сладких вин. Некоторые предприимчивые производители добавляли этиленгликоль, чтобы вина были более сладкими. Пришлось принимать строгие законы о вине, и сейчас австрийское виноделие на подъеме. Во главе его до сих пор хозяйство Алоиса Крахера. Он был признанным, в хорошем смысле сумасшедшим лидером.

Крахеровские вина могут лежать 100 лет - с ними ничего не случится. У меня есть несколько его полных горизонтальных коллекций, но это для детей и внуков. Я их берегу, сам пью его неколлекционные вина. А эти пусть лежат, их час придет.

Сладкие немецкие
А теперь переместимся в Германию, к великому человеку Эгону Мюллеру. Этот производитель - номер один в белых винах. В 70-е годы была придумана немецкая классификация, чтобы производить как можно больше вина. Слава богу, что наши люди уже начинают отходить от «Молока любимой женщины» (Liebfraumilch), вернее, «Молока Мадонны», как оно правильно переводится. Германское законодательство стимулировало производство посредственных вин в погоне за прибылью. А на самом деле Германия - Долина Рейна, Мозель-Саар-Рувер - это идеальные белые вина. Причем весь комплект: Kabinett, Auslese, Beerenauslese, TBA, Spаtlese, Eiswein...
Конечно, самое интересное - это ТВА. Что такое Trockenbeerenauslese? - Буквально это длинное слово переводится как «отобранные сухие ягоды». Это вино производится на основе высохшего заизюмленного винограда. ТВА Эгона Мюллера у меня нет: честно говоря, очень дорого. Совсем маленькая бутылочка ТВА хорошего года будет стоить 3-5 тысяч евро. Он лучший производитель белых вин. Он делает недорогие вина уровня Kabinett, предельно качественные, но с ТВА и айсвайном ничего не сравнится!

Мюллер работает с рислингом. Все мы знаем немецкие рислинги, это очень интересные вина, легкие, фруктовые - нашим кислющим рислингам до них далеко. А если виноград передержать на лозе, он начинает заизюмливаться, из него уходит вода, он становится слаще, ароматнее. Так появляются Spаtlese и Beerenauslese. Когда в ягоде уже совсем не остается воды, получается ТВА. Его производят мало, всего одну бочку, к примеру. А когда ударят морозы, ягодки подмерзнут, получается Eiswein - ледяное вино.

В борьбе за сахар
Вообще, чтобы получить сладкое вино, надо бороться с водой. Либо так, как это делают немцы, либо как в Массандре - на камне. «Мускат белый красного камня» как получается? - Лоза растет на краснокаменной почве, на бурой скале, борется за выживание.

Почему идет «зеленый сбор»: на лозе оставляют два отростка, всего по 8, а то и по 5 гроздей? - Лозу угнетают, она борется, и ягоды становятся интереснее, насыщеннее. Корень проникает вглубь, прошибает (в том же Сент-Эмильоне) несколько песчано-глинистых слоев и добирается до водоносного горизонта. Он не тащит питательные вещества из верхнего слоя, а идет далеко вглубь земли, и тогда получаются многосложные, многогранные вина. «Лоза должна страдать!» - вот лозунг виноделов-перфекционистов.

Сладкие французские
А вот то самое Chateau d'Yquem, с которым сравнивал свои вина Алоис Крахер, - это сотерны. Хозяйство расположено в самом центре одноименного региона. С XVIII века им владеет одна семья - Люр-Салюс. Граф Александр де Люр-Салюс был величайшим перфекционистом. Здесь с гордостью говорят, что с одного виноградного куста получают один стакан вина. Каждую гроздь собирают после полного созревания, работники проходят через виноградники минимум по четыре раза. На сбор тратят порой более двух месяцев! Люр-Салюс не давал доходов акционерам - он вкладывал их деньги в хозяйство. Но современный век потребовал дохода, и человек ушел.

Что касается продолжительности жизни икемовских вин, то они собрали все рекорды региона Сотерн. Этим великим винам нужно как минимум 15 лет для приобретения оптимальной концентрации, а потом они могут сохранять ее в течение 50 и более лет! Некоторые вина могут жить до 100 лет!

Это лучшие из сладких вин Франции. Chateau d'Yquem пили русские цари, эти вина Томас Джефферсон, третий президент США, привозил из Франции в подарок Джорджу Вашингтону, первому президенту.

Сладкие портвейны
Александр Петрович бережно достает несколько бутылок портвейна...
Портвейн - это традиция. «Тони» (Tawny), «Руби» (Ruby), «Винтаж» (Vintage), «Поздно разлитый винтаж» (LBV)... Когда для их производства собирают урожай, в хозяйстве праздник: гремят барабаны, играют флейты, женщины топчут в чанах виноград. Сейчас, правда, музыка раздается из мощных стереосистем, но традиция сохраняется. Этим живет весь регион!

Флагманские портвейны - это, конечно, не «Тони» и не «Руби», а Aged и Vintage. Разные по цвету, одни выдерживаются в бочке, другие - в бутылке. Одни дольше, другие короче. Вот Aged, выдержан в дереве 20 лет: оптимальный срок. А вот винтажный - плотный, мощный, просто сумасшедший. Он появился на свет благодаря английским негоциантам и сейчас ассоциируется у нас именно с Туманным Альбионом: Лондон, мокро, смог, туман, джентльмен сидит у камина, сушит ноги, пьет портвейн. Если он один, он открывает Aged (он может постоять), а вот Vintage должен быть выпит сразу, это напиток для компании.

Кстати, наши крымские портвейны - отличная вещь. Правда, не те, что производятся массово, а те, что для себя, ограниченными тиражами. Вкус советского человека был испорчен портвейном, который делался из алжирского виноматериала. Мы поставляли им танкеры с нефтью, а обратно эти же танкеры шли с алжирским вином. Здесь делали портвейн «Три семерки». У нас это крепкое сладкое вино ценилось за то, что «било по мозгам». А в Португалии производство портвейна - это целая жизнь. Здесь нумеруют бутылки, определяют года, когда следует делать винтажное вино, ограничивают производство. Это потрясающая борьба за качество. Это традиция.

Не всё же о сладком!
В завершении «сладкой» темы наш гостеприимный хозяин согласился продемонстрировать старейший экземпляр своей коллекции - мадеру 1880 года. Подарок ставропольского губернатора. Какого - осталось загадкой.

Вот такой «винный тур» устроил нам Александр Починок. Заметьте, мы рассказали только о сладких шедеврах из его коллекции. А сколько сухих, игристых, крепких великолепных образцов осталось за кадром! Целый шкаф бордоских En premier 2003 года (Chateau Margaux и Chateau Haute-Brion), итальянские Gaja и Quintarelli, коллекция Mouton Rothschild разных лет...

Под конец мы зашли в ближайший винный бутик - осмотр магазинных полок и рассказ об имеющихся там знаменитых винах занял еще около часа. У нас сложилось такое впечатление, что Александр Петрович считает все, что там продается, частью своей коллекции. Какая разница, что эти вина еще не куплены? Зато хранятся в правильных условиях и совсем рядом, на соседней улице. Кто помешает прийти и купить?

Слушала и записывала Ольга Лепеха